Прозрение. Форум для всех

Объявление

Время прописью

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Прозрение. Форум для всех » Коллекции » Иносказательные стихи, не являющиеся баснями.


Иносказательные стихи, не являющиеся баснями.

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Когда я учился в МГУ на мех-мате, я был знаком с одним великим поэтом современности - Леопольдом Эпштейном.
Так вот он утверждал, что у поэзии вообще два основных начала...
Первое начало - это ода.
И второе начало - это эзоповский язык, т.е. язык иносказаний.
Что есть вообще художественный образ вроде метафоры? Это есть передача тайного смысла какого-нибудь понятия или какого-нибудь предложения через другие понятия и предложения, не имеющие к нему якобы никакого отношения.
Но бывает, что художественное произведение в целом и не называет нигде основное понятие, к которому даются художественные образы. Например, стихотворение "Свеча горела на столе, свеча горела" нигде не говорит напрямик о сексе в лесной избушке - однако оно написано именно об этом, и читателю это абсолютно ясно и очевидно. Или, например, в стихотворении Владимира Соколова "Забытая книга" нигде не говорится, что речь идет о девушке, с которой он был знаком - однако всем или почти всем это ясно. Речь в этом стихотворении всюду идет только о книге или о тексте книги. Или, например, в поэме Леопольда Эпштейна "Расклейщица афиш" (другое название поэмы - "Ночная расклейщица") нигде не говорится, что девушку-расклейщицу Леопольд Эпштейн в поэме часто отождествляет со своей музой и в обращениях к девушке часто путает ее с музой - однако почти всем это ясно. Или, например, в стихотворении созданного Эпштейном поэта Адольфа Деримейра "Я - профессор любви и магии..." нигде не говорится, что это - песня протеста интеллигента против грубости и примитивизма, захвативших власть в обществе, или что это - песня протеста против фашизма, однако всем абсолютно ясно, что речь идет либо о первом, либо о втором. Или, например, в стихотворении Адольфа Деримейра "Зачем это люди делают то, с чем потом не могут справиться сами..." нигде не говорится, что это стихотворение о состоянии сумасшедшего человека - однако всем это ясно.
Эта коллекция начнется с перечисленных произведений - и, надеюсь, будет иметь продолжение, несмотря на то, что в современном обществе молодежь почти не понимает иносказаний и все говорится всегда прямым текстом.
В этом немалую роль сыграли пошло-банальные тексты современной попсы и внедряющийся в русский быт бытовой английский язык.
До этой последней эпохи - эпохи царства попсы и английского языка - в Российском бытовом языке была богатая культура иносказательных высказываний, вплоть до поговорок, разъясняющих иносказания бытового языка. Советская эпоха еще усилила это свойство языка, т.к. о многом не разрешалось говорить вслух или это грозило говорящему непрятностями вплоть до тюрьмы. Поэтому иносказательность русского языка в советские времена еще больше усилилась.
Все это ныне почти утеряно. Но я уверен, что это возродится - ибо русский язык к иносказаниям очень хорошо приспособлен, а очарование иносказаний не подлежит сомнению и объяснено в моей алгоритмической психологии основными свойствами человеческого мозга.

Отредактировано Кицис (2007-10-06 11:29:50)

0

2

Борис Пастернак.

***
Мело – мело по всей земле,
Во все пределы...
Свеча горела на столе,
Свеча горела.
 
Как летом роем мошкара
Летит на пламя,
Слетались хлопья со двора
К оконной раме.

Метель лепила на стекле
Кружки и стрелы…
Свеча горела на столе,
Свеча горела…
 
На свечку дуло из угла –
И жар соблазна
Вздымал, как ангел, два крыла
Крестообразно;
 
И падали два башмачка
Со стуком на пол,
И воск слезами с ночника
На платье капал;
 
И все тонуло в снежной мгле,
Седой и белой...
Свеча горела на столе,
Свеча горела...
 
На озаренный потолок
Ложились тени –
Скрещенье рук, скрещенье ног,
Судьбы скрещенье...
 
Мело весь месяц, в феврале –
И то и дело
Свеча горела на столе,
Свеча горела...

0

3

Владимир Соколов.

Забытая книга.

После дней обаянья,
После белых ночей
С этой книгой свиданья
Все нежней и горчей...

Это очень похоже
На ближайший отлет -
Гул винта, как по коже,
По обложке дерет...

Средь вокзального быта
Вся поющая - вся -
На скамейке забыта
Остающаяся...

Не средь шумного бала,
А под вопли грачей
Ты меня испугала
Стахом юных ночей,

Невозможностью слиться,
Невозможностью взять,
И отдать, и открыться -
То есть все рассказать...

Невозможность явиться
И в любом пустяке
Невзначай воплотиться,
Как дано пустельге...

На скамейке, подмокшей
От весеннего льда,
Голос, не превозмогший
Красоты и стыда...

Это даже не слово,
Что в сердцах говорим -
Дивный слепок с чужого,
Населенный своим!

0

4

Леопольд Эпштейн
 
Расклейщица афиш
 
Я бредил поэмой. Всемирная вечная слава
Мне спать не давала... Морозно капризничал март...
Я был одержимым – а люди подобного склада
Способны порой на холодный и сильный азарт...
 
Шумели деревья, афишная тумба белела,
И снег на афишах лежал, как седьмая печать...
Ночная расклейщица! Что ты сегодня приклеишь
На место тех звуков, которым уже не звучать?
 
О Красная Шапочка, что же ты клеишь и зябнешь,
И дышишь на пальцы, смеясь, как античный герой?
Ночная расклейщица, мною подстреленный зяблик,
Зачем ты работаешь поздней морозной порой?
 
Ты видишь - мороз искривляет и стены, и воздух,
Слепое пространство уходит нелепой дугой,
Ты видишь – расходятся судьбы, расчеты и звезды...
Чего ж ты вещаешь о музыке – чуждой, чужой?
 
Не в музыке Истина. Музыка – только начало,
А Истина – в свете, который танцует на льду,
Который сквозь тучи несмело мерцает ночами
И в лучших стихах пробивается через беду!
 
Все то, что отбито, отвергнуто или отпето,
Воюет со светом во мне и мешает ему,
И все, что я делаю – делаю я ради света!
Зачем же так часто я падаю в новую тьму?
 
Свет может быть резок – но он не бывает безвкусен,
Свет может быть изгнан – но он не бывает забыт –
Как зябкие комнаты наших горячих дискуссий
И теплые комнаты наших холодных обид!...
 
Я бредил поэмой. А улица бредила ветром,
А ветер взлетал и на дом опускался, как бич...
На улицу нынче не выйдет ни шлюха, ни ведьма –
И лишь, как сова, прошмыгнет милицейский «москвич».
 
Но в миг, когда снег поднимается выше и выше
И вдруг замирает, как будто сказав: «Не могу!» -
Расклейщица, милая, видишь – у тумбы афишной
Разбросаны звезды на этом секундном снегу!
 
Фонарь ни при чем – я готов присягнуть и поклясться!...
Сейчас все подымет, закружит и вновь унесет!...
Ночная расклейщица! Небо нам дарит богатство –
Лишь мне и тебе, а «москвич» милицейский – не в счет!
 
Расклейщица, я не дурак и совсем не безгрешен –
Но нынче я ангел с сосульками вместо усов...
Давай свои руки, расклейщица, я их согрею –
Ведь мы совладельцы галактик, пространств и миров!
 
Моя компаньонка, ну так ли богатство встречают,
И разве иного обычая нет меж людьми?
Чего ж ты мне шепчешь бессмысленно: «Хочется чаю...» -
А дальше с отчаянной жалостью: «Ты не пойми!»
 
Расклейщица, милая, что ты, прошу тебя, полно!
В такую погоду – зачем ты такие слова
У тумбы афишной? И я абсолютно не понял...
Я бредил поэмой. Качалась моя голова
 
В такт строчкам еще не рожденным... Мне спать не давала
Безумная жадность... Я был и творец, и палач,
Я рвался, как мог, - но поэма меня не пускала,
Вцепившись, как в руку вахтер – и хоть смейся, хоть плачь!
 
О Красная Шапочка, императрица простора,
Владелица звезд, их движенья, тепла и огня –
Ночная расклейщица! Что ж ты боишься вахтера?
Ночная расклейщица! Что ж ты боишься меня?
 
Ты видишь, как фосфоресцируют стрелки на башне,
Галактику цифр обегая, как месяц назад,
Рисуют границы моим притязаньям вчерашним –
И тем отреченьям, которые мне предстоят?
 
Когда парикмахер мне льстиво шепнет: «Освежить ли?» -
Я, сморщившись вдруг оттого, что и мал я и прост,
Пойму, как нелепа была б ты в моем общежитьи,
Ночная расклейщица и совладелица звезд!
 
В углу парикмахерской – столик, на нем – «Крокодилы»...
И я, вдруг подумав, что это – Москва, не Париж,
Вздохну с облегченьем и вспомню, как ты уходила,
Неся свою музыку в свертке промокших афиш...
 
Ты все оставляла мне – ветер, вахтера и стены,
Афишную тумбу и тысячи звезд на снегу,
Ты мне оставляла богатства бездонной вселенной,
Не зная, что сам я всем этим владеть не смогу;
 
Но ты уходила, и твой силуэт растворялся...
И чтоб возместить твой бессмысленно верный уход,
Я звезды хватал – но они просыпались сквозь пальцы...
Свидетель – вселенная, ибо вахтеры – не в счет...
 
Вахтеры не в счет, потому что в морозы похлеще
Приходит к ним сон – и уводит от наших грехов...
Я тоже без пропуска. Я ведь – такой же расклейщик
Своих бесконечных промокших под снегом стихов!

0

5

Адольф Деримейра

***
«Я профессор любви и магии,
Белой магии и любви...
Мы вам кажемся ненормальными –
Вы нам кажетесь нелюдьми!
 
Я – не танк на вашем параде,
И как на меня ни дави –
Я профессор любви и магии,
Только магии и любви...
 
В этом мире – рояле расстроенном,
Где политики вашей чушь,
Не раздвоенным, а растроенным
Станет чувствующий чуть – чуть;
 
Ненавижу душой единою
Вашу веру и ваш закон,
Ненавижу здоровье дикое –
Силу варваров всех времен!
 
Вы накроете Землю лапою –
Но меня не согнете вы!
Я – профессор любви и магии,
Недоступных для вас – увы!
 
Ненормальные мы, не правда ли?
Быть разумным не так легко,
Если прямо в глаза направлены
Ваши пушки и душ Шарко!» -
 
И с душою смертельно раненной,
Не склонив своей головы,
Умирает профессор магии,
Белой магии и любви...
 
Умирает, безумно веря,
Что ведь люди–то хороши –
И по миру, как по медведю,
Бьет трезубец моей души!
 
И уносит с собой умирающий
В непокорной своей крови
Всю великую мудрость магии,
Белой магии и любви!

0

6

Адольф Деримейра.

***
Зачем эти люди делают то, с чем потом не могут справиться сами? Зачем они друг друга спрашивают слишком добрыми голосами? Зачем текут, как железо красное, их слова, откровенно лживы – и играют они стоп-кранами, оставаясь целы и живы? Зачем живут они, мыслят, чувствуют, палец держа на железной кнопке?
Зачем искусно плетут искусственность, безыскусны и слишком кротки? Зачем они не желают справиться с тем, чего не желают сами – и летят на отроги скальные с распростертыми парусами? Зачем случайности предусмотрены и по причине неустранимы – и плетутся их души мертвые, как неверующие пилигримы... Ветер катит их, бьет как желуди – но плетутся они устало, ибо где-то есть Мекка – желтая, незабвенная и пустая...

0


Вы здесь » Прозрение. Форум для всех » Коллекции » Иносказательные стихи, не являющиеся баснями.